Когда Катя узнала, что станет мамой, ей было всего 20 лет. Отец ребенка отказался от ответственности, но в жизни Кати это было не первым предательством. Мать и бабушка незаконным путем выписали Катю из квартиры, когда она была подростком: в 17 лет она осталась без жилья и прописки. Пока Катя была одна, ей удавалось что-то придумывать и как-то справляться, но теперь у неё на руках был новорожденный ребенок, и она понимала, что нужна помощь. Так в жизни Кати появился «Тёплый дом», который помог отстоять её права.
Катя жила с мамой, бабушкой и сводной сестрой. С самого детства отношения с матерью были напряженными: «Она со мной почти не общалась, да и в целом никак не воспринимала». Когда Кате было 17 лет, мама забрала у нее паспорт. Ссоры в семье не были редкостью. В марте 2022 года после одной из таких ссор Катя ушла из дома и не появлялась несколько дней. Когда она вернулась, то обнаружила, что её никто не ждет, а дома у неё больше нет. «Я застала такую картину: подхожу к квартире, а там меняют замки. Когда я зашла внутрь, то увидела пустоту, осталась только моя кровать. Как мусор». Для нее это стало шоком. «Я не ожидала такого от своей мамы с бабушкой», — рассказывает Катя. Как оказалось, мать с бабушкой незаконно выписали её из квартиры, а потом приватизировали и продали это жильё, чтобы купить новое в другом городе.
Не зная, что делать, Катя вызвала полицию. На тот момент ей не было 18 лет, поэтому Катю забрали в ПДН (Подразделения по делам несовершеннолетних органов внутренних дел). Сотрудники пытались связаться с матерью, чтобы она забрала Катю, но та испугалась наказания за мошенническую схему с квартирой. Но за Катей никто не пришел.
На несколько месяцев её отправили в социально-реабилитационный центр (приют). Долгое время ей не могли сделать новый паспорт, а когда всё же выдали, в нем не было штампа о регистрации по месту жительства.
После 18 лет Катя выпустилась из приюта и связалась со своим отцом и дальними родственниками, которые помогли ей оформить временную регистрацию в их квартире. Постепенно Катя начала вставать на ноги и «жить взрослую жизнь» — так она сама описывает этот период. Она поступила в колледж по специальности эксплуатация и обслуживание многоквартирных домов, устроилась на работу диспетчером аварийной службы в жилом комплексе, съехала от отца. Казалось, что жизнь наладилась, но на пути ждали новые испытания.
Катя встречалась с молодым человеком и забеременела. «Я была в нем уверена», — вспоминает девушка. Но парень отказался от ответственности и потребовал сделать аборт. Катя не согласилась, и пара рассталась. «Я снова осталась одна и не знала, что будет дальше».
Катя надеялась, что после родов будет жить у своего отца, но он сказал: «Не рассчитывай жить тут с ребенком. Решай свои проблемы сама». Оказавшись в безвыходной ситуации, в августе 2025 года Катя обратилась за помощью в «Тёплый дом» — наш центр временного пребывания для женщин с новорожденными детьми.
Когда мы заехали сюда, я поняла, что в моей жизни начинается «белая полоса». Меня очень хорошо встретили. Я засыпала в теплой комнате под теплым одеялом, и больше тогда мне ничего не было нужно. Я чувствовала себя очень уютно и безопасно. Мне предоставили все, что нужно для жизни, — рассказывает Катя.
Со всеми женщинами, которые попадают в «Теплый дом», обязательно составляется план по выходу из сложной жизненной ситуации. Один из ключевых вопросов — жилье. Когда сотрудникам фонда стало известно, что Катю незаконно выписали из квартиры, было решено помочь ей добиться правосудия.
— Государственные органы оставили её без защиты, хотя обладали всеми рычагами воздействия и охраны законных прав и интересов несовершеннолетней, — говорит юрист фонда Ксения Бодрова. — Екатерина обратилась за помощью через 14 дней после продажи квартиры, но ни органы внутренних дел, ни прокуратура не поставили сразу вопрос о наложении запрета на регистрационные действия квартиры. Если бы они среагировали своевременно, Екатерина могла бы даже остаться при своей квартире и откатить эту сделку, потому что признание сделки недействительной при таких обстоятельствах было бы более вероятным.
— Прокуратура обратилась в суд за защитой прав несовершеннолетних спустя несколько месяцев после первой продажи. Разбирательство в суде первой инстанции длилось два года. За это время у квартиры сменилось три владельца, потому что прокуратура ходатайствовала о наложении запрета на регистрационные действия не сразу, а только через полтора года после первой продажи, — продолжает юрист.
Она не исключает, что в этом случае действовали черные риелторы, которые незаконным путем выписали несовершеннолетних детей (Катю и ее сводную сестру), быстро приватизировали квартиру на пожилого человека (бабушку Кати), а потом продали по доверенности. Мать Кати впоследствии не смогла объяснить, куда ушли деньги от продажи. Она утверждала, что получила сумму меньше указанной в договоре, поскольку имелись долги перед фирмой, участвовавшей в сделке. Документальных подтверждений расходования денег представлено не было.
— После двух лет разбирательства в суде первой инстанции в удовлетворении требований прокурора было отказано в полном объеме. Сделки по продажам квартиры отменены не были, Екатерина не была восстановлена в своих правах, а покупатели были признаны добросовестными, — продолжает юрист.
Через год после этого прокурор подал апелляцию в Московский городской суд с требованием отменить решение суда первой инстанции, признать незаконным снятие детей с регистрационного учёта, восстановить их регистрацию и право собственности на квартиру, а также признать недействительными приватизацию и все последующие сделки купли-продажи.
Фонд вступил в дело, чтобы защитить права Кати, на этапе апелляции. Благодаря сильной правовой позиции представителя фонда третьи владельцы квартиры предложили заключить мировое соглашение. В ходе переговоров они согласились выплатить Екатерине стоимость её законной 1/4 доли квартиры, которую она должна была получить после продажи жилья.
— При этом стоит отметить добросовестность и порядочность третьих покупателей. Они сами стали жертвами мошеннической схемы и приобрели квартиру, не зная о нарушении прав Екатерины, — уточняет юрист фонда.
— Если бы не юридическая помощь «Теплого дома», я бы так и осталась ни с чем. Я уже ни на что не рассчитывала, а потом всего за три заседания мы пришли к правде», — рассказывает девушка. — Большая благодарность «Теплому дому», это была и есть моя опора. Мы победили, мы справились.
Сейчас Кате 21 год, а ее сыну — почти год. Они все еще проживают в центре, пока не приобретут собственное жилье. Она верит, что в будущем все будет хорошо.
Текст: Тамара Туровец, Лаборатория социальной журналистики
Фото: Вячеслав Богомолов
«Тёплый дом» — это часть большой программы фонда, которая занимается профилактикой социального сиротства. Проект реализуется при поддержке БФ «Культура благотворительности».
